Намерение: как одной фразой переключить ум

Утро, лифт, кофе на бегу. Ты твёрдо решаешь: сегодня — без раздражения. К обеду от решения остаётся смутное воспоминание, к вечеру — лёгкое чувство вины.

Намерение кажется слишком простой вещью, чтобы на нём что-то строить. Подумал «буду добрым» — и что дальше? Но в учении Будды намерение — самостоятельная практика, второй шаг восьмеричного пути. И работает она проще, чем кажется.

Правильное намерение — самма-санкаппа, второе звено восьмеричного пути. «Санкаппа» — слово пали. На санскрите оно звучит как «санкальпа», и тем, кто занимается йогой, хорошо знакомо. Возможно, практика санкальпы в современной йоге пришла как раз из буддийского наследия.

Смысл такой. У нас есть качества благие и неблагие. Правильное усилие предполагает, что благие мы взращиваем, а неблагие преодолеваем: пусть благие возникают и длятся, а неблагие исчезают и не возвращаются. Намерение направлено именно на это.

«Учение Будды почти всегда проще, чем мы думаем.»

Работает это самым прямым образом. Допустим, задача — стать доброжелательнее к людям. Формулируешь намерение мысленно или даже вслух: «Сейчас я буду доброжелателен к людям». Лучше брать конкретный отрезок времени: «Пока еду на работу, буду полностью доброжелателен». И представить само это доброжелательное состояние — каково это.

С первого раза может не сработать. Но если повторять изо дня в день, рано или поздно оно начинает работать. Оно похоже на силу, которая накапливается с каждым повторением. И чем дальше, тем быстрее и точнее оно срабатывает.

Вечер. Пришёл с работы выжатый, видеть никого не хочется, а дома близкие. Они соскучились и ждут внимания. Отдохнуть, конечно, нужно: посидеть в тишине, помедитировать, чтобы всё восстановилось. Но до этого ещё ужин, разговоры и «как прошёл день». И всё это время внутри усталость и раздражение.

Сначала — заметить. Можно сказать себе: «Вижу эту усталость, вижу раздражение». Можно даже представить, как она выглядит в теле или будто это отдельное существо. Например, как пересохший участок в груди или дыра, затянутая паутиной. Каждый видит по-своему.

Дальше — намерение: «Сейчас в моё сердце придёт доброта» или «Пусть доброта придёт в моё сердце». Постепенно, а иногда довольно быстро, эта условная дыра начинает затягиваться и превращаться во что-то, что для тебя означает доброту. Скажем, в светящийся цветок.

И удивительным образом меняется качество ума: ты чувствуешь, каково это — быть добрым. Помогает вспомнить человека, который для тебя связан с добротой: учителя, бабушку или соседку, которая кормит пирожками весь подъезд.

У ума странное свойство: при некоторых условиях его состояние меняется мгновенно. По логике, если батарейка села, её нужно заряжать, а это требует времени. Но бывает, что качество ума меняется сразу. Ощущение такое: «А что, так можно было?» Оказывается, можно.

Бывает, что и не помогает. Если человек в настолько глубоком тяжёлом состоянии, что ничего не работает, это звоночек: возможно, он себя загнал или начинает развиваться расстройство. Тогда это стоит разбирать отдельно, возможно, с психотерапевтом. А когда психика в нормальном состоянии, правильное намерение переключает ум очень хорошо.

Оно работает и в медитации, и для перемены отношения к миру вообще. Вопрос только в том, как его сформулировать и как часто возобновлять. Мироощущение лежит глубоко, поэтому, чтобы его изменить, намерение нужно повторять регулярно — много раз в день и много дней подряд, пока оно не «пропишется».

В медитации есть то, что от нас не зависит. Но перед ней очень полезно проговорить: «Я сажусь медитировать и намерен быть максимально осознанным — насколько позволяет моё нынешнее состояние». Оговорка важна: человек может болеть или устать и просто не тянуть ту осознанность, что была раньше. Но по максимуму.

Чем дальше, тем сильнее это работает. На каком-то этапе одно только намерение вводит в нужное состояние: предмедитативную осознанность, когда поверхностный ум притихает. Как хорошо отлаженный механизм: нажал кнопку — и всё само встало на места. Почти как кофемашина, только без очереди.

Похожее видно в суттах. В одной из них монах заболел, у него инфекция, и сидеть в медитации он не может. Тогда он просит другого монаха читать ему формулы семи факторов пробуждения: осознанность, исследование явлений, усердие, радость, успокоение, собранность ума и невозмутимость. Снова и снова.

Больной слушает и настраивается на эти качества. По сути он делает то же самое: собирается проявить их в себе прямо сейчас. И постепенно он, который до этого лежал и не мог сесть, садится с прямой спиной и входит в медитацию.

В суттах часто звучит: «Монахи, вам следует тренироваться так…» В «Сутте о пиле» (Мадджхима-никая, 21) Будда говорит: даже если разбойники станут отпиливать вам руки и ноги, тренируйтесь так, чтобы не испытывать к ним злобы и продолжать пребывать в доброте.

Это тоже практика намерения, прямо тренировка. Садишься, представляешь эту сцену и намереваешься сохранить доброту к этим людям. Это очень сильная практика. Начинать, впрочем, можно с соседа с перфоратором.

Бывает так: утром намерение сформулировано, а на работе, среди людей, оно забывается. Общение активное, на внутреннем состоянии не сосредоточиться. Вспоминается только вечером — и с сожалением: опять всё забыл.

Сожалеть не надо. Лучше подумать, что можно сделать, чтобы не забывать. Напоминалка в телефоне, ниточка или браслет на запястье — что угодно, что постоянно напоминает. Увидел — сделал паузу и возобновил намерение. Снова и снова. Это чисто технический вопрос.

Поверхностный ум у всех одинаковый: он постоянно увлекается тем, что ему интересно. А общение — одна из самых интересных для него вещей. Внимание захватывается, и всё, забыл. Но поверхностный ум не нужно ломать, его можно обхитрить: придумать хитрость, которая поможет оторваться от разговора и вспомнить о своей практике.

Сожаление тоже стоит заметить: «Ага, сожаление. Вижу. Не надо». И вернуться к вопросу, что сделать, чтобы не забывать.

Вообще лёгкая добрая ирония к себе, с улыбкой, — очень полезная вещь. Мы слишком серьёзно относимся к тому, что с нами происходит, в том числе к своим ошибкам. Это один из голосов внутреннего прокурора. Гиперсерьёзность уходит, если культивировать добрую иронию: «Упс, опять. Ум в своём репертуаре. Вижу, сочувствую, но не будем. Лучше подумаем, что можно сделать».

Такое отношение к себе постепенно распространяется и на других людей, и на мир. Это хорошая философская позиция. Философ в высоком смысле слова всегда по-доброму ироничен. Ирония помогает ему не тонуть ни в больших драмах этого мира, ни в повседневной суете.

Намерению не нужна подушка для медитации. Вот где оно работает каждый день.

Перед трудным разговором

Прежде чем зайти к начальнику: «Сейчас я буду спокоен и честен». Разговор может пойти как угодно, но ты входишь в него не на автопилоте.

В очереди в банке

Очередь ползёт, все злятся. Намерение «ближайшие двадцать минут — без раздражения» превращает ожидание в практику.

Утренние сборы с детьми

Пока все собираются в школу, намерение «никого не тороплю криком» помогает заметить, когда голос начинает повышаться.

Перед тем как открыть соцсети

«Смотрю десять минут и закрываю». Палец, правда, поначалу будет спорить.

Перед сном

Вспомнить утреннее намерение и честно отметить, где получилось, а где нет. Без прокурора, с улыбкой.

А это уже не намерение

«Я обязан быть добрым, иначе я плохой человек». Это требование к себе: в нём нет мягкости, только страх.

Утро, лифт, решение: сегодня — без раздражения. К обеду оно забылось. Ничего страшного.

Браслет на запястье напомнит. Пауза, вдох, намерение — нажал кнопку, и ум снова встаёт на место.