Мудита: сорадование, или радость, которую можно дарить

Шестилетняя дочка приносит рисунок: кошка. У кошки пять лап, зелёный хвост и улыбка на пол-лица. Можно сказать честно: «Лап у кошек четыре». А можно повесить рисунок на холодильник, на самое видное место.

Во втором случае ребёнок сияет до вечера. Кошка, кажется, тоже.

Никто никого не спасал. Ничего плохого не происходило. Просто в мире стало чуть больше радости, и кто-то сделал это нарочно.

Вот это и есть сорадование. По-древнеиндийски — мудита, третья брахмавихара.

Мудита — самая скромная из четырёх

Мудиту (muditā) переводят как «радость», «радование», «сорадование». Брахмавихар четыре, и в этой семье она — тихая сестра, о которой меньше всего говорят.

С меттой, добротой, понятно, что делать. С каруной, состраданием, тоже. Про упекху, невозмутимость, спрашивают постоянно: как перестать дёргаться, как не реагировать. А как работать с мудитой — почти никто не спрашивает.

Странно, правда? Вроде бы всё ясно: радоваться — это приятно, чему тут учиться. А на деле мудита проскальзывает мимо, как поезд, на который смотришь из окна другого поезда.

Похоже, дело в том, как её привыкли объяснять.

Что не так с привычным объяснением

В «Висуддхимагге», большом комментаторском трактате, сорадование описано так: радоваться благим качествам и благим переживаниям других существ. Человек поступил хорошо, а мы радуемся за него.

Звучит красиво. Но в жизни это работает через раз.

Возьмём золотистого ретривера, который нашёл теннисный мяч. Счастье абсолютное, хвост работает как пропеллер. А какими благими качествами ума он прославился? Над чем он работал, какой добродетели достиг? Получается, радоваться за него вроде бы и не положено.

Есть и другое толкование: радоваться всему, чему радуется другой. Тоже так себе. Сосед в два часа ночи поёт караоке и абсолютно счастлив. Сорадоваться ему? Желательно ещё и подпевать?

Радость бывает очень разной. И далеко не всякую стоит умножать.

Что такое сорадование на самом деле?

Чтобы понять мудиту, нужно вернуться к эмпатии. Здесь имеется в виду когнитивная эмпатия — способность различить, что сейчас происходит с другим. Не заразиться его чувством, а понять его. Не только боль, но и радость, и любое внутреннее состояние.

На этом понимании стоят все брахмавихары. Разница между ними в том, на что оно направлено.

Метта — это сопричастность, ощущение связи с другими, а не отторжения. Допустим, после ночного перелёта стоишь в очереди на паспортный контроль. Все уставшие, мятые, кто-то спорит с пограничником. Можно стоять и тихо всех ненавидеть. А можно заметить: у каждого здесь своя дорога, кого-то в зале прилёта ждут с цветами, кто-то летел на похороны. Внутри становится немного просторнее. Это и есть метта.

Каруна — эмпатия к страданию. И действия, чтобы страдания стало меньше.

Мудита — эмпатия к радости, к хорошим состояниям. И сознательные действия мыслью, словом и делом, чтобы в других рождалась радость.

Не любая радость, конечно. Не радость соседа-караокиста в два часа ночи. А чистая, здоровая: та, после которой никому не плохо.

«Каруна уменьшает сумму страдания. Мудита увеличивает сумму радости.»

Вспомни рисунок с пятилапой кошкой. Рисунок не нужно было спасать. Просто кто-то различил, что этот маленький человек обрадуется, и сделал так, чтобы обрадовался.

Радость похожа на огонь свечи. Зажигаешь от своей свечи чужую, и твоя не становится тусклее. Огня в комнате просто больше.

Вот и вся мудита. Очень ясная, очень здоровая штука. Многим людям сорадование ближе всего остального: кто-то от природы больше всего любит именно радовать. И для них это лучший вход в практику.

Сила, которая держит

Все брахмавихары — про любовь. И мудита — одна из самых сильных её форм. Иногда это лучше всего видно в кино.

Фильм «Жизнь прекрасна», конец девяностых. Италия, Вторая мировая. Главный герой — еврей, женатый на итальянке, у них маленький сын. Отец и сын попадают в концлагерь. Мальчику всего несколько лет, отец прячет его и всё это время превращает происходящее в игру: это, мол, такое соревнование, наберём очки — получим главный приз.

Этот человек светился радостью ещё до войны. И в лагере он продолжал дарить её сыну, день за днём. Мальчик выжил, и эту историю в фильме рассказывает уже он, взрослый.

Радость, которую дарят сознательно, оказывается не украшением жизни, а опорой.

Или «Кролик Джоджо», фильм поновее. Мальчик растёт в нацистской Германии и верит в идеологию на все сто. Его мать, её играет Скарлетт Йоханссон, думает совсем иначе и работает в подполье. Она не читает сыну лекций. Она танцует с ним, смешит его, дарит радость — и так понемногу уводит от ненависти.

Оба фильма очень сильные в нравственном смысле. И оба хорошо показывают: мудита — не мелочь вроде смайлика в чате. Это огромное проявление любви.

Как практиковать сорадование

Практика простая, без сложной техники.

1. 1

   В жизни

   Смотришь на любое существо — человека в очереди, курьера, соседскую собаку — и держишь в уме: пусть все существа пребывают в радости. Пусть будет радость. А при случае делаешь что-то маленькое, от чего радости станет больше.

2. 2

   В медитации

   Садишься и повторяешь эту фразу или одно слово: «радость». И наблюдаешь, как оно действует на ум и на тело, как радость растёт.

3. 3

   Без спешки

   Каждое повторение — как подкормка для закваски. Сегодня ничего не видно, завтра тоже. А потом однажды тесто поднимается само.

Вот что такое сорадование: не ждать повода для радости, а замечать, где его можно создать.

Вместо вывода

Можно всю жизнь ждать повода порадоваться за кого-то.

А можно стать этим поводом.