Что такое випассана: простыми словами и по суттам

В ленте у знакомого фотография: горы, плед, чашка чая и подпись «10 дней випассаны. Телефон сдал. Выжил».

Слово «випассана» сегодня стоит в рекламе где-то между йога-туром и детокс-марафоном. Его пишут на баннерах, на нём строят курсы, им называют ретриты.

Так что такое випассана на самом деле? И что о ней говорил сам Будда?

Если открыть сутты, древние записи бесед Будды, выясняется странная вещь: випассаны как отдельной техники там почти не видно. Нет ни расписания на десять дней, ни схемы сканирования тела. Зато есть кое-что поинтереснее.

Что такое випассана сегодня

За последние века випассана превратилась в довольно запутанную практику. В основном благодаря комментаторской традиции — толкованиям, которые выросли вокруг слов Будды через много столетий после него.

Сегодня встречаются два больших подхода.

Первый — через тотальный mindfulness. Практикой випассаны называют постоянное, непрерывное наблюдение за всем, что происходит: шаг, вдох, зуд, мысль. Так учат в традиции Махаси Саядо и в своём, довольно хитром варианте у Гоенки. Отсюда же, по большому счёту, вырос и весь современный mindfulness.

Второй — через особые состояния. Сначала в медитации достигают чистого, ясного ума, условных джхан. А потом, по установкам из комментариев, начинают «всматриваться» в реальность: разбирать особо тонкие механизмы восприятия в ракурсе Абхидхаммы. Этот вариант пришёл к нам в основном через традицию Па Аук Саядо.

Оба подхода выглядят солидно: методички, этапы, схемы. Как инструкция к электрочайнику на сорок страниц. Чайник при этом по-прежнему просто кипятит воду.

А теперь посмотрим, как это описано у самого Будды.

Где випассана в суттах?

Когда Будда или его ученики описывают практику, очень часто всё заканчивается на джханах — состояниях глубокого сосредоточения и покоя. Никакой отдельной випассаны после них нет.

Где же она тогда?

Хороший пример — 53-я сутта Маджхима-никаи, «Секха-сутта». В ней достопочтенный Ананда в присутствии Будды объясняет, как практиковать ученикам, которые уже вступили на одну из стадий пробуждения. По сути это та же практика, что и для всех остальных.

Благородный ученик делает шесть вещей.

1. 1

   Совершенствует добродетель

   Поддерживает добродетельное поведение, живёт сдержанно, соблюдает предписания, приняв на себя правила пути.

2. 2

   Сдерживает органы чувств

   Он видит, слышит, ощущает вкус, телесные ощущения, мысли — и следит за тем, чтобы не задерживаться вниманием на тех чертах воспринимаемого, которые разжигают увлечение или неприязнь.

3. 3

   Умерен в еде

   Ест не ради развлечения, не ради удовольствия и не ради красоты тела, а чтобы жить и практиковать. С мыслью: я устраню дискомфорт голода и не создам нового дискомфорта от переедания.

4. 4

   Поддерживает бодрствование

   Днём сидит и ходит, очищая ум от неблаготворных состояний. Так же в первую треть ночи. Во вторую треть ложится в позу льва — на правый бок, ступня на ступню, памятуя и заранее назначив себе время подъёма. В последнюю треть снова сидит или практикует при ходьбе.

5. 5

   Взращивает семь благотворных качеств

   О них ниже: именно в них и спрятана випассана.

6. 6

   Достигает четырёх джхан

   По своему желанию, без трудностей.

Вот и весь путь. Четыре джханы — и истинное знание приходит уже из всего этого. Успокоение ума, самадхи, по большому счёту и есть процесс достижения джхан.

Так где же здесь випассана?

Семь качеств, в которых она спрятана

Посмотрим внимательно на пятый пункт. Вот эти семь качеств:

Вера

Уверенность в том, что Татхагата действительно достиг совершенства в знании и поведении, что он учитель богов и людей, пробуждённый.

Совесть

Не позволяет совершать неблаготворное — ни телом, ни речью, ни умом.

Страх проступка

Ученик страшится запятнать себя неблаготворными действиями, словами или мыслями.

Пытливость

Он много учится: запоминает учение, повторяет вслух, размышляет над ним, проникает в его суть. Впитывает его жадно.

Усердие

Настойчиво оставляет нездоровые состояния и взращивает здоровые.

Памятование

Это сати — то, что обычно переводят как «осознанность». Здесь она описана так: ученик помнит учение, даже если слышал его давно, и помнит, что его нужно применять.

Мудрость

Понимание того, как явления возникают и исчезают.

Випассана зарыта именно здесь.

Пытливость — её предпосылка: человек изучает дхамму и держит её в памяти.

Усердие — оставлять нездоровое и взращивать здоровое — тоже вглядывание. В ходе этой работы начинаешь видеть, как устроены помрачения ума и как устроена сансара, круговорот перерождений.

Памятование здесь не «тотальная осознанность каждого шага», а память об учении и о том, что его надо применять.

Мудрость — понимание того, как всё возникает и исчезает.

С четвёртого качества по седьмое — это, по сути, и есть полный вариант випассаны.

Випассана в суттах похожа на соль в супе. Отдельной тарелкой её не подают, но без неё суп не тот. Она уже растворена во всём блюде.

«Випассана — не отдельная техника. Она растворена в том, как человек живёт с учением.»

Практически это две вещи. Медитировать, учась успокаивать ум и держать его при этом ясным. И изучать дхамму.

Похоже на тоннель, который роют с двух сторон горы. Каждая бригада копает своё, и в какой-то день они встречаются в середине. Когда именно это случится, заранее не скажешь. Технологии пробуждения нет. Но предпосылки создать можно.

Нравственность — сама собой. А из внутренней работы:

Вот и всё. Вот что такое випассана, если смотреть на путь целиком.

В суттах всё намного проще, чем в поздних традициях. Особенно в комментаторской традиции тхеравады: там многое переусложнено, и у людей возникает путаница.

Методики, которым учат на ретритах, могут быть полезны: человек возвращается спокойнее, и это прекрасно. Но в том виде, в каком их преподают, в суттах их нет. Это поздние разработки, а не то, о чём говорил Будда.

Что такое випассана, если коротко?

Если всё же дать определение, випассана — это философское вглядывание в определённые стороны жизни.

Именно вглядывание, а не размышление. Размышление у нас обычно словесное и логическое: есть А, есть Б, значит, В. Здесь речь о другом. О безмолвном вглядывании.

Например, в то, что такое страдание. Или что такое пять совокупностей — пять «кирпичиков», из которых, по учению, складывается наш опыт. И не в теории, а вживую:

Это наблюдается, и понемногу копится опыт: как всё это возникает и как работает. Это и есть вглядывание.

Смотреть, а не подгонять

Иногда «вглядывание в ракурсе учения» понимают так, будто восприятие нужно подогнать под учение. Учение говорит «всё есть страдание» — и человек начинает старательно видеть страдание во всём.

Это примерно как твердить себе «я спокоен, я спокоен», стоя в пробке и опаздывая на самолёт. Слова одни, а внутри совсем другое.

Во-первых, не всё есть страдание, если уж на то пошло.

Во-вторых, возьмём анниччу — непостоянство. Вглядываться в анниччу не значит повторять «всё непостоянно, всё непостоянно». Восприятие не программируют. Просто смотрят в эту сторону: а каковы явления с точки зрения непостоянства?

Зачесался нос. Зуд есть, нарастает, меняется — и вот его уже нет.

Утром кто-то нахамил в очереди за кофе. К обеду от злости остался только пересказ коллегам.

Аничча. Её просто видно, если смотреть.

Так же можно наблюдать пять совокупностей, например через практику сатипаттханы, четырёх основ осознанности. Постепенно копится мудрость: как всё появляется, как исчезает, как работает вся эта система. А значит, и цепляние. А значит, и страдание. В какой-то момент это приводит к инсайту, к прорыву в понимании.

«Не нужно убеждать себя, что всё непостоянно. Нужно смотреть, как непостоянство работает.»

Как на самом деле случается прорыв

Здесь два аспекта. Первый: ум спокоен и безмолвен. Второй: в этом безмолвном состоянии взгляд направлен на то, что сейчас перед тобой.

Сильно усложнять тему вглядывания не нужно. Практическая задача проще: в медитации успокаивать ум, а вне медитации уделять время знакомству с учением.

Тогда в какой-то момент ум становится спокойным — в медитации, а потом и вне её. И вдруг сама собой всплывает тема из учения.

Например, аничча. Разбираешь антресоль и находишь коробку старых фотографий. Вот ты в пятом классе, вот бабушкин двор, которого давно нет. И непостоянство вдруг ощущается не как мысль из книги, а всем телом.

И тут пробивает.

В этот момент випассана случилась сама, потому что ум уже был спокоен. Сошлись самадхи и випассана, спокойный ум и вглядывание.

Поводом может стать что угодно. В текстах есть история о монахине, ученице Будды: она долго медитировала, и ничего не получалось. А потом наливала воду, вода пролилась, и, глядя на эти струйки, она пробудилась.

Или 74-я сутта Маджхима-никаи, «Дигханакха-сутта». Там описано окончательное пробуждение достопочтенного Сарипутты. Будда разговаривал с другим человеком, а Сарипутта просто слушал. Ум спокоен, возникла тема, он безмолвно в неё вгляделся — и тоже пробило.

Поэтому медитация, успокоение ума и неспешное изучение учения — это и есть практика.

Размышлять полезно. Но это ещё не випассана

Размышлять над учением хорошо. Вникать, пусть даже словами, в смысл терминов, задавать вопросы — это база для випассаны.

А вопросы, заданные вслух учителю или в сообществе, помогают и другим. Это, кстати, хорошая карма.

Но это подготовка, а не сама випассана. Випассана — ещё один шаг дальше.

Тоже вглядывание, только без внутреннего диалога. Как будто замер — и увидел.

Можно сказать, что в этот момент сама Ниббана приблизилась. Психофизический поток оказался готов её воспринять, и небольшого толчка випассаны хватает, чтобы обрести тот или иной плод пути.

Так происходит на каждой стадии пробуждения. Это большие инсайты, и после них человек правда меняется изнутри.

Как вглядываться в дукху

Часто спрашивают: а как быть с дукхой, страданием? Многие привыкли повторять себе, что всё есть дукха.

Тут интересно. Когда Будда перечисляет объекты для вглядывания, как, например, в «Гириманда-сутте», там обычно названы аничча и анатта, непостоянство и безличность. А дукхи отдельным пунктом нет.

С другой стороны, один из путей к пробуждению — прозрение в четыре благородные истины. А они сформулированы как раз через дукху: есть страдание, есть его причина, есть его прекращение — Ниббана, и есть путь к нему — Восьмеричный путь.

Так что вглядывание в дукху тоже можно считать вариантом випассаны.

Вопрос — как.

Если просто памятовать, что всё есть дукха, это скорее база, чем сама випассана. По сути, размышление, даже словесное. Оно направляет внимание в нужную сторону. Но обычному, чувственному уму совсем не очевидно, что всё есть страдание, и получается самопрограммирование.

Лучше работает вопрос, а не утверждение.

Не «всё есть дукха».

А «где здесь дукха?»

Вот первый глоток утреннего кофе. Приятно. А где здесь дукха? Может, в том, что третий глоток уже не такой. Или в лёгкой досаде, когда чашка пустеет. Технически можно даже повторять «дукха, дукха», но суть в поиске. Не рассуждать, а смотреть. Известно, что она здесь есть, но где? Это безмолвное вопрошание и будет випассаной.

Как найти свой чемодан на ленте

Випассана похожа на ожидание багажа в аэропорту. Лента ползёт, по ней едут десятки чемоданов: чёрные, чёрные, ещё чёрные и один розовый с наклейкой.

Не нужно вспоминать, где ты покупал свой чемодан, сколько он стоил и почему колёсико скрипит. Достаточно помнить, как он выглядит, и смотреть на ленту.

Памятование и внимательное наблюдение — это и есть випассана.

А потом случается «эврика»: вот он. Так же однажды приходит и прозрение в дукху.

Хороший противовес: отмечая дукху, тут же вспоминать, что есть и путь избавления от страдания. Это уравновешивает и не даёт уйти в мрак.

Само то, что при памятовании о дукхе не возникает депрессии, уже говорит: человек чувствует, что дукха не безвыходна. А дальше всё очень индивидуально, и ключи приходится подбирать.

Что идёт первым: покой или вглядывание

Будда описывает разные варианты того, как люди идут по пути.

Ни один из путей не «правильнее». В каждом есть и спокойный ум, и вглядывание. Просто в разной последовательности.

Вместо вывода

Випассана — не место, куда можно съездить на десять дней.

Это чемодан на ленте. Неизвестно, когда он выедет. Нужно просто помнить, как он выглядит, спокойно смотреть — и однажды узнать.